comments

Как я работала на пельменной фабрике.


   Я смотрю на волну новых репатриантов в Израиле и восхищаюсь: кто-то открывает новый бизнес, кто-то успешно осваивает новую профессию, а кто-то продолжает заниматься тем же, что делал на родине. 


  У меня так не получилось. 10 лет назад я и представить не могла, что можно иначе. И шла проторенными дорожками: "никайон" - уборка квартир. Знакомые говорили, что без этого не обходится ни одна репатриация. Я, кстати, сейчас смотрю на "новеньких" и вижу, что ничего, как-то обошлись и без этого. Либо им не успели внушить эту идею, либо они оказались невосприимчивы к белому шуму знакомых.


  Я была готова на любую работу. И было дело, даже устроилась на небольшую пельменную фабрику. А что? Мы - сибиряки пельмени лепить умеем. Я продемонстрировала боссу свой художественный пельмень, он одобрил и я приступила. Лепить нужно было стоя, потому что когда сидишь - медленней работаешь. Все сотрудницы предприятия были женщины высокие, мускулистые, да ладные. И я дохлик - заморыш, 164см рост. Конечно, все русскоговорящие, приехали с разных концов бывшего СССР. 
- А у тебя образование какое-нибудь имеется?
- А как же (проблеяла я). 
- И какое?
- Преподаватель французского и английского языков.
- А как тебя тогда на лепку пельменей-то занесло? Тебе не пельмени лепить надо, а преподавать или еще что культурное делать.
Я не нашлась, что на это ответить. Грустно продолжала делать свою работу и размышлять, сколько еще я так продержусь?


  Ответ пришел очень быстро. На следующий день  (пятница, короткий рабочий день, ведь скоро начало шабата) мы убирали помещение, нужно было очень тщательно все размочить, отскребсти, отдраить. Благо, мы все были в специальной форме, которую нам выдавали. Кто-то из девушек попросил поднять контейнер килограмм на 15 с отборным фаршем и переставить его на верхнюю полку. Я, конечно, не могла сказать, что мне слабо, поэтому резво схватила фарш, отодрала его нечеловеческим усилием от пола, подняла над головой и... Зашаталась. Прямо, как в фильмах. Ноги задрожали, стали выписывать кренделя и я поняла, что сейчас я вместе с этим контейнером завалюсь на пол, по крайней мере, траекторию полета я уже видела ясно. В миг подскочила ко мне одна из коллег и выхватила у меня фарш, виртуозно поставила на полку и большим укором на меня посмотрела. Босс, который за нашей работой наблюдал, сидя за огромным стеклом, поманил меня пальцем. 

- Ты абсолютно непригодна для этой работы -, сообщил он и выдал чек с моей нехитрой зарплатой.


  Мне бы взять себя за руку в тот день, когда я чувствовала себя такой неудачницей и плакала в автобусе по дороге домой, да погладить и сказать, что все будет хорошо.  Тогда казалось, что заниматься любимым делом страшнее уборок, лепки пельменей, работы в магазине телефонов на "Тахане мерказит". Это как прыгать в темноте с утеса в пучину, надеяться, что так спасешь свою жизнь, да об камни не слишком ударишься и, конечно же, выплывешь. Обязательно выплывешь.


Яндекс.Метрика